Сага Первая
В гостях у старухи Лоухи
или
Сказ о том, как дуристы
Карелию покоряли.

Со всеми претензиями обращаться
к Юре, попросившему
написать эту дребедень.

Жили были в ближнем Подмосковье три замечательных (люди мы скромные, просто... ьведь в каждом есть, что заметить...) человека. Не станем страдать безымяностью, назовем их Щукарь, Беспробудный и Бродяга. Так вот, жили себе поживали и горя не знали. Дипломы защищали, в бильярд играли, пиво пили, балду били (свою, конечно.). Уж и лето на закат пошло - август не за горами, а все сидели они по домам - квартирам, о дальней дороге не гадали. Даже Бродяга, что привык летом по холодным краям шастать, начал корни пускать... Но не тут-то было. Все пошло с Беспробудного. Укусила его как-то ночью злая вша. Проснулся парень утром (ну, где-то ближе к обеду, сами понимаете, утро - понятие растяжимое) и говорит: "Хачу в Карелию!"
Сбежались тут все домочадцы. Пивка холодного добыли, огурчик солененький принесли: "Пей, ешь, дитятко, только не бузи."
Не помогает, уперся как баран (всем известно это покорное, незлобливое животное). Мало того позвонил знакомцу своему Щукарю - и тот "загорелся": поедем, говорит, на Север, форель ловить. Насушим, говорит, насолим, накоптим - зимой всех родственников на рыбную диету посадим. Осталось им третьего умного человека найти, ведь Традиционная национальная рыбалка проходит "на троих". Тут как раз Бродяга подвернулся - у того при слове "Карелия" вообще крышу снесло.
Собрались они, значит, вечером у Бродяги на кухне и ну думать: "Куда ж конкретно ехать? Где неделю с ума сходить?".
Ну, в смысле, рыбу ловить... Карелия-то ента, блин, ба-альшая оказалась: за неделю и на вертолете не облетишь. В Сортавалу что ли, к погранцам рвануть, на шхерах(на шхерах, на шхерах, мой пытливый читатель - так фины называют проливы между скалистыми островками.) блесну пошвырять. А может в Заонежье - лосось глушить?... Стали дуристы атлас(топографическая карта Карелии 1:200 000) листать,да место искать. Попали на 9ю страницу. Видят: зеленое все такое да синее, полосок тоненьких много-много - это горы-возвышенности, штриховки голубой нет почти - хорошо, значит болот мало. Снизу вверх по листу - оранжевая полоска с биркой "М18" - трасса Питер-Мурманск, недалече черная нитка железной дороги. На которую нанизан манюсенький квадратик станции. Рядом с квадратиком подписано "Полярный круг". "Романтика! Во, куда ехать надо!", воскликнули отроки - "И рыбы заготовим и по магическому кругу погуляем..." Опоньки! А вот и озеро недалече - на карте подписано "оз. Нольозеро". "Остается надеяться", думают, "что в названии не про рыбу сказано..." Запустили Щукаря в Internet - ему, рыбаку, с сетями сподручней...Побродил Щукарь по сети, покопался в дальних закоулках, да и нашел кляузу про Нольозеро, что оставили злодеи (в лучшем смысле этого слова) - байдарачиники. Много узнали наши отроки ретивые из той кляузы. Про реки полноводные да про озера многорыбные, про пороги коварные да про избушки заповедные (с баней). Что ж, решили они, пойдем по влажным стопам мерзких лодочников, поглядим на чудеса Карельские. Добираться до волшебного круга наметили по-разному: Щукарь с Беспробудным купили билеты на проживание в плацкартном вагоне, а Бродяга приготовился к дальней дороге древним методом автостопа. Забили они две стрелки на дальней станции, посовещались на тему брать или не брать (тушенку, фотоаппараты, бушлаты, 5кг соли, белый в синий(национальные карельско-финские цвета) горошек ночной горшок...) да и разошлись похрапеть напоследок в уюте теплых квартир.
Пришел день четверг, 17 августа. Встал Бродяга поздно утром, прижег скипидаром пятки и ай-да на Питерскую трассую Только и видели его - к ночи был уже за холмами Валдайскими в городе славном Санкт-Петербурге, искал путь в сторону дальнюю, во владения старухи Лоухи (Так зовут малогостеприимную хозяйку северных земель из древних финских легенд, а также столицу района на севере Карелии, в котором находится поселок Полярный Круг.).
Щукарь с Беспробудным тоже время зря не теряли - в пятницу сели в скорый поезд и, разменяв время на пустые бутылки, добрались до Петровского завода, где отдохнули, протрезвели, и поехали дальше на Север, к магическому кругу... Пришел их поезд на круг поздно ночью. Вышли они, видят: селение полузаброшенное (поселок упраздняют), будка вокзала, да рельсы за горизонт, к Мурману уходят. И тишина... Делать нечего, разложили они мешки - спальники среди сосен на каменистом грунте да и уснули... С утра сходили к горе ближней, искали путь к Нильмозеру. Не пропустила отроков суровая Лоухи: тропинки-дорожки запутала, вернула к дороге железной, к станции дальней... За полдень приехал Бродяга, познавший автостоп на большой северной тропе - на второй стрелке, в воскресенье вечером, встретились наши друзбя дуристы. Встретились и стали есть макароны. Опосля поставили за околицей поселка квартиру - самобранку(палатка) и легли почивать.
На утро Беспробудного толкали больше часа - дивно спалось раздолбаю средь душистых полярных мхов... Лишь кончился дождик, отправились Бродяга с Беспробудным за тридевять земель(~5км) в свет - Тэдино подводу да проводника-аборигена разыскивать. Щукаря-лентяя оставили скарб охранять. Шли отроки лесами дремучими, вдоль тропы Мупманской(трасса М18), мимо озера стороннего и наконец достигли славного Тэдино. Раскинулся сей хутор секретный, сей поселок горнорабочий средь тайги бескрайныя, на берегу озера бездонныя, вблизи рудников заповедных, вдали от глаз любопытных... Добром встретили друиды - шахтеры дуристов: хлеба-каравая продали, мед-пивом одарили, дали в волшебную трубку(междугородний телефон) слово молвить. Нашелся и проводник с доброй подводой(автомобиль жигули). Посидели Бродяга с Беспробудным у Ивана-проводника в избе, ожидая, пока тот протрезвеет, щей с пирогами отведали, о награде поспорили да и отправились в путь неблизкий. Туды, где Ирин-гора солнце от глаз закрывает, где Нольозеро синие волны вдаль катит... По дороге заехали на Круг, чудо-квартиру собрали да Щукаря с манатками захватили.
Долго ли, коротко ли, добрались наши отроки до мест дальних, до деревни полузаброшенной, что стоит у Нольозера, до тропы заповедной. Распрощались с Иваном, договорились о встрече, сложили рюкзаки свои раздолбайские и отправились по тропе в глухомань карельскую. Шли они по камням вдоль ручьев пересохших, шли болтали мимо ламб мелководных... Короче: топали, топали и притопали. На гору высокую, на лоб каменный. Тут огляделись они вокруг и порадовались красоте поднебесной. Горы дальние, леса дремучие, облака высокие - все приятно с горы. А у подножья, средь тайги сосновой синеет озеро прекрасное. Открыли дуристы древнюю книгу, что писали мудрецы-картографы (ранее упоминавшаяся карта) и прочли в той книге, что зовут озеро Маткаярви (местные подобрали более образное название: "Кракатица."). Спустились отрокик тому водоему, приглядели место для ночлега на мысу каменистом и стали продираться туда сквозь буераки мхом прикрытые, по кочкам от брусники красным, мимо россыпей валунов, весенней водой принесенных... Пришли, умылись в живой воде озера волшебного и занялись каждый своим делом: Щукарь - рыбу ловить, Беспробудный - блесны сажать, а Бродяга - чудо-глазом (фотоаппарат ФЭД-2) по сторонам щелкать да ужин готовить... Уж и ночь пришла, звери-птицы спать улеглись, старуха Лоухи на небе звезды засеребрила, а наши отроки сидят себе у огня на берегу, макароны с тушенкой поедают, да волшебные благовония (косметическое средство "ТРОЯ" (92% спирта)) потребляют. Щукарь, дите мудрое, отпотреблялся рано да и полез в палатку спать-почивать... Оставшиеся, наглотавшись волшебной воды, стали колобродить. Всяк по своему. Кто песни горланил, кто рыбу спинингом распугивал...
Настал вторник. С утра обычная рутина - на протяжении 2 часов приводили в чувство Беспробудного. С перерывами. В перерывах успели умыться, поесть, Щукарь - щуку на пару килограмм поймать, Бродяга - с фотоаппаратом поупражняться и искупаться. Поел Беспробудный рисовой каши с черникой, проснулся наконец и отправились наши други в путь неблизкий, на Нольозеро. По пути блесен насажали, брусники поклевали, да по сторонам чудо-глазом поморгали. Чуть не поймал Беспробудный Царь-рыбу, что в устье речки жила... Дошли до начала реки Нольозерки и назад. К вечеру на мыс вернулись. Набив желудки ухой, составили планы на завтра - решили отправиться к Пудос-озеру дальнему, что под горой Ивановой (есть такая на карте). Посидели немного у костра - Беспробудный дал торжественную клятву проснуться вовремя, а Щукарь все уху расхваливал - и спать легли...
Встал (Щукарь за ноги вытянул мерзавца из палатки) Беспробудный, как обычно, в двенадцатом часу... Пока фигней страдали, время к вечеру потекло, пришлось укоротить маршрут - наметили топать на Пажму-озеро, что рыбой славили Иван-проводник с женою. 
Спрятали в камнях часть провианта, оставили местным друидам в подарок пяток килограммов соли (той, что на рыбзаготовки тащили...) и с облегчившимися рюкзаками пошли на Запад вдоль таежной речки. Долго брели они в неизвестности. То грядами каменистыми, то болотами гиблыми (сухими, правда - то лето выдалось невиданно жарким для Севера). Руслами ручьев пересохших да трассами просек заросших... Солнце к верхушкам сосен подкатило - вышли други к Нольозерке, недалече от устья - мостик видать через реку, а за ним озеро: "Ура, Пажма!". Пригляделись, а мостик-то знакомый, за ним Нольозеро. Вышло, что ошиблись с дорогой наши землепроходцы... Недолго печалясь, почапали они вниз по Нольозерке. Продираясь сквозь береговые заросли, Щукарь обнаружил в ягеле примятости, отдаленно напоминающие следы крупного зверя. Розыгралось тут воображение у отрока: "Остерегайтесь други! Послала нам коварная Лоухи своего стража косолапого!..." За первым порогом, на высоком берегу, нашлась стоянка байдарочников: каркас для тента, стол, скамьи, очаг, развернутый рулон туалетной бумаги для нетерпеливых... Рядом тропинка к воде, внизу - озерцо - расширение речки после порога. Устроились путники на ночлег, рыбы на ужин наловили, "пятновыводитель" добили, - на том и спать полегли. Хорошо храпелось под журчание воды на пороге и волшебной жидкости в голове... Утром из-за густого тумана местность вокруг стоянки изрядно опустела. Пока рассеивался туман и принесенная им сырость, отроки совершали утренние процедуры и завтракали. После еды Щукарь, радостно крича, швырял в воду валуны, пытаясь оглушить стайку любопытных подъязков. Видать соскучился отрок по ловле динамитом... В этот раз сборы прошли быстрее - дуристы поднаторели в этом занятии. Собрались, значит, и ай-да дальше вниз по течению. Шли по самой кромке, не поднимаясь на поросшие соснами береговые гряды. То прямо по обнажившимся от засухи валунам, то подсохшими заливными лужками по выгоревшей от солнца траве. Погода и не думала меняться - было на удивление тепло и солнечно. Обходя очередное расширение Нольозерки забрались на гору, пофоткали чудо-глазом окрестности... Ближе к вечеру привела река наших дуристов к Пажме-озеру, к той его части, что местные друиды зовут "Яшкой". Долго искали отроки избушку, отмеченную в мудрой книге картографов, но тщетно - надежно спрятала Лоухи свое жилище (какие-то мерзавцы до основания разбомбили избу и баню). Пришлось путникам ставить палатку. Время до темноты скоротали за рыбной ловлей. Рыбы у Пажмы действительно оказалось много, правда мелкой. Крупную, не изменяя своей рыболюбивой сущности, Беспробудный отпускал. Щукарь, верный традиции отлынивал от устроения дуристского быта, еще засветло завалился дрыхнуть: "До ужина..." На ужин пошел дождь - под ним Бродяга с Беспробудным приготовили похлебку и поели, а затем уподобились Щукарю и легли спать. До завтрака... Ночью было свежо и ясно, утром выглянуло солнце. Еще вчера отыскали тропу, ведущую к большой дороге (дорога к заброшенным рудникам и лесхозу, по которой ороков вез Ваня-друид). По ней и тронулись на встречу к Ивану. Ивана с подводой нашли в условленном месте. Все сложилось удачно. Проводник "дошел" именно до того счастливого состояния, когда человеку уже хорошо, но он еще может говорить и даже вести машину по кривой карельской дороге... Попутно сделав несколько фоток и побалакав с датым Иваном, добрались наконец до Полярного Круга. Там, добавиви Щукарьских денег на очередную порцию самогонки, попрощались с проводником, поделили поровну мусор-хлам из рюкзаков, щелкнулись чудо-глазом на память и расстались.
Щукарь с Беспробудным на чудо-колеснице (Кандалакшинская электричка) поехали в Лоухи, покупать билеты на поезд, а Бродяга отправился на великую северную тропу - ловить попутные подводы...
Так закончилась эта поучительная история. Ну, или почти закончилась. Щукарь с Беспробудным еще пару дней мерзли (читай согревались) в поезде, оберегая вонючие Бродягина мокасины, а третий дурист, всласть помотавшись по карельской (и не только) провинции, добрался-таки наконец до родного МКАДа...

Бродяга (Солопов Алексей) 09.2000